Николай Меркушкин начал новую серию «плодов изнурения» и сеансов камлания. Очередной, второй за пять дней, часовой спич глава региона обрушил на ветеранскую и бюджетную общественность во Дворце культуры имени Литвинова на площади имени Кирова. Здесь для него под милым девизом «Чисто во дворе — порядок в стране» собрали «общественный актив Кировского, Промышленного и Советского районов Самары». В основном людей пожилых и очень зависимых. С заметным преобладанием женщин. Первые полчаса традиционно монотонная, гипнотическая, анекдотически бюрократическая и распадающаяся на отдельные слова и звуки, никак не желающие сочетаться друг с другом, речь многоопытного акына зал убаюкивала и не волновала. Однако на самом экваторе выступления губернатора, когда мирно гудящая и порядком утомлённая публика услышала про «пятьдесят поездок», случилось нечто удивительное. Невообразимый гул, стоны, крики и возмущённые возгласы внезапно и неуправляемо обрушились на заслуженного и закалённого оратора. Мирное собрание, так напоминающее учредительное заседание старгородского «Союза меча и орала», одномоментно перетекло в нью-васюковскую речь великого комбинатора и рискованный сеанс игры в шахматы, закончившийся размазыванием фигур по физиономии одного из любителей древней индийской игры с последующим остросюжетным бегством заезжего гроссмейстера. Впрочем, Николай Иванович в отличие от Остапа Ибрагимовича взрывоопасную ситуацию сумел удержать в рамках приличия и даже в конце концов вернуть разбушевавшихся от негодования ветеранов в полусонное состояние.

 

«На транспортных мы примерно у нас пятьсот-шестьсот
миллионов рублей каждый год разворовывалось и разворовывается.
Пятьсот-шестьсот миллионов рублей! С вашей помощью!»
            Из выступления Николая Меркушкина
             в ДК им. Литвинова 13 февраля 2017 года

 

Первые минут тридцать губернатор Меркушкин рассказывал общественности трёх районов про создание вертикали власти, на конце которой, как он метко выразился, будет «обходняк». То есть представитель общественности, взаимодействующий с двадцатью, тридцатью, пятидесятью или сотней жильцов. Этот «обходняк» и станет той самой властью, до которой можно будет наконец-то дотянуться голыми руками. А сама концептуальная вертикаль Меркушкина протянется от президента России к самому Николаю Ивановичу, откуда прямиком проследует к главе города и гордуме, районным главам и райсоветам, затем к общественным советам в каждом микрорайоне и на финишной прямой к тому самому «обходняку».

Несмотря на то, что Меркушкин задумал сократить почти три миллиарда рублей на государственное и муниципальное управление, общественникам-бюджетникам в районах будут выделены по три-четыре чиновника из районных администраций. Возглавят эти агентурно-крепостные общественные советы директора школ, заместители директоров школ, главные врачи поликлиник, представители предприятий, вожаки проверенных общественных организаций, но только, предупредил губернатор, не крикуны.

Вся эта вертикально-самодеятельная структура должна сформироваться уже к концу зимы, чтобы проявить свои незаурядные качества точнехонько к месячнику благоустройства.

Цель многочленной вертикали Меркушкина – привести дворы, парки и скверы Самары к приятному во всех отношениях виду и порядку к чемпионату мира по футболу. В условиях затягивания поясов, сокращения расходов и отсутствия необходимых бюджетных средств.

«Многие болельщики будут жить не в гостиницах, а на квартирах. Месяц до четвертьфинала. И в каком виде мы будем представлены на Безымянке, в Хворостянке, в центре Самары? А ведь вы знаете, как к нам относятся, как делают из мухи слона, можем опозориться на многие десятилетия… Мы должны сделать объём работ. Если мы освоим, сделаем – это будет нас возвышать, возвышать и возвышать. Если и люди активно включатся в этот процесс, мы горы свернём. Но если будут палки в колёса вставлять, чтобы было хуже для города, а люди потом ненавидели власть, чтобы в мутной воде мухлевать разными финансовыми схемами и избираться депутатами, ничего не получится», - обрисовал общую картину совместных действий Николай Иванович.

А потом всё и началось. О том, что 18 февраля некоторые несознательные и неграмотные пенсионеры собираются выйти на второй митинг против урезания и ограничения льгот, Николай Иванович не говорил. И так всё было понятно. Впрочем, «Засекин» не хочет и не будет заниматься многословными интерпретациями прозвучавшего и произошедшего. Вот вам стенограмма второй части выступления губернатора Меркушкина. И судите сами…

Николай Меркушкин, губернатор Самарской области:

- Вот сейчас сказали по поводу проезда. Проезда. Да, тема очень больная, я знаю. Тема очень больная, мы будем отслеживать. И тех людей, которые на самом деле больше пятидесяти, так складывалось, что у них больше пятидесяти поездок получится в месяц, мы этих людей, возьмём каждого на учёт и будем дополнительно оказывать помощь (и тут зал вдруг «взорвался» гулом недовольства, загудел и в один голос надрывно то ли застонал, то ли угрожающе закричал, кто-то громко завизжал, кто-то нервно засмеялся, и Меркушкин несколько секунд не мог продолжить выступление)

Можно вас! Уважаемые, слушайте! Уважаемые! Послушайте! Вы дослушайте до конца! Слушайте! Иначе, слушайте, может и дорог не быть! Сейчас половина областей, половина областей. Ну, что касается дорожного строительства или других многих вещей, они делают намного меньше, чем это было три, пять, шесть лет назад. А мы делаем намного больше! О чём я говорю?! И это не к чемпионату, и это деньги не только к чемпионату мира, не столько к чемпионату мира. (женский голос: «За счёт народа?») Поэтому не за счёт народа! Я вам эти деньги целевые, которые идут из Москвы на совсем другие цели. Или дороги, или школы, или доступное жильё для ваших же детей, молодых семей, и так далее, и так далее. Можете, имейте в виду! На транспортна, на транспортных мы примерно у нас пятьсот-шестьсот миллионов рублей каждый год разворовывалось и разворовывается (снова гул, крики, вопли и стоны недовольства). Пятьсот-шестьсот миллионов рублей! С вашей помощью! Послушайте, почему! Послушайте! Вы скажите, может человек тысячу сто поездок в месяц сделать? (всё это время беспорядочные и возмущённые крики людей, в основном, женщин продолжались) Вы слушайте! Можно? Можно? Можно? Мне! Послушайте! Послушайте, я вас прошу! Иначе я могу сейчас уйти. Понимаете?! И потом претензии кому угодно предъявляем. Кому угодно!

Мне сейчас иногда говорят, что, Николай Иваныч, вы зря такие встречи собираете, и два года, и четыре, и пять лет назад. И четыре года назад. Вы всё равно самарцев не переубедите. Как воровали у них, всё разворовывали, так это и будет продолжаться. Вы их не переубедите. Вот сейчас я ещё раз, подтверждаете вы это же. Я ещё раз, подумайте!  Может, человек, пенсионер делать в месяц тысячу сто поездок? (снова зал «взрывается», крики, гул) Вот подождите. Мы расследовали вот эти случаи. Расследовали эти случаи! Все эти случаи. Послушайте! Пенсионеру в одном случае восемьдесят семь лет. Карточку организованные группы, это, может быть, преступные группы, карточка оказалась у них. И не одна. И чёрк, чёркают, проводят, проводят и проводят. И нам приходит счёт (крики, одновременные возгласы в зале, гул) Вот послушайте! Послушайте!

Уважаемые товарищи! Ну, у нас, если мы не научимся слушать друг друга. Слушать друг друга. (из зала женский голос: «Так почему же вы нас не слушаете?»).  А почему не слушаю? Разве я не слушаю? Я стоял много раз по шесть часов. Много. Много десятков раз стоял. Перед залами такими и больше. По шесть часов! И слушал. Вставали, говорили, и слушал. И сейчас слушаю. Я имею в виду, и неделю назад, и так далее. Я слушаю столько, сколько, может, никто не слушает!

И сейчас, и сегодня мы вас собрали. Собрали для того, чтобы поговорить с вами вместе. Вместе. Вашу роль. Я говорю, ваша подпись должна быть. Ваша! Понимаете? Чтобы вы приняли участие! Чтобы вы, в том числе перекрыли эти каналы на ремонтах. И не только на ремонтах! В работе управляющих компаний… Вы не причём к этому. Но кто-то причём. Если бы все ещё были причём к этому. Я понимаю, что большинство, абсолютно большинство населения, особенно пенсионеры – это порядочные, честные люди, которые воспитывались в других условиях, которые мухлевать и воровать не научились. Поэтому… (раздались одобрительные, но негромкие аплодисменты). Поэтому, поэтому мы перекроем тем, где эти каналы образовались. Перекроем. Уже тысячу сто раз он не пройдёт. Он, максимум, пройдёт пятьдесят раз. (снова гул и недовольные крики). Это в двадцать раз, слушайте! Это в двадцать раз больше! (Меркушкин перекрикивает зал) Если вы все пойдёте кондукторами, мы заменим всех кондукторов, вы пойдёте кондукторами и честно будете работать, давайте, мы оставим старую систему. А ведь в этой схеме участвует целая цепочка людей, в том числе кондуктор. Понимаете?.. Мы считаем на одну сумму, а приходит на шестьсот миллионов рублей больше. Откуда их взять? Шестьсот миллионов! Откуда их взять?!

У нас поезда в метро двадцать восемь или тридцать восемь лет назад окупались и ни разу не менялись. Нам надо миллиард восемьсот в год денег, чтобы хоть треть поездов в метро обновить. Нам везде на транспорте нужны огромные деньги. А если по шестьсот, по семьсот миллионов рублей только на одном начинают уходить непонятно куда, мы не можем, чтобы такой беспорядок бесконечно был. И мы наведём порядок. А люди, которые нуждаются, на самом деле у которых переходит за пятьдесят. Вот у нас средняя поездка, если вычесть вот эти две тысячи восемьсот и так далее, в среднем поездка получается тридцать семь поездок… (снова гул и крики недовольства)

Слушайте, тот, который больше всех кричит, может, у вас по сто тридцать семь, а может, триста семьдесят, я могу допустить. Может, может. Но есть люди, есть люди, которые совсем не ездят. И таких  немало. (снова гул и возгласы) Поэтому среднее… Послушайте! (раздаётся голос председателя Губернской думы Виктора Сазонова: «Давайте не будем кричать с мест! Успокойтесь!»)

Причём это? А при том, чтобы, чтобы заслон поставить перед теми, или заслон поставить так, где идёт огромная утечка денег. Вот представьте себе, вот эти шестнадцать с половиной миллиардов долга, да, ресурсопоставляющим организациям, это за газ, это за энергию. Ведь нас в любой момент, в любой момент могут этот краник закрыть. В любой момент! И потом на кого вы будете ссылаться? На кого ссылаться?..

У нас в жилищно-коммунальном хозяйстве вращается в Самарской области более сегодня более ста миллиардов рублей. Вы представляете, какая сумма? Более ста миллиардов рублей. Поэтому очень многие туда лезут. Лезут недобросовестные... Ну, плюс транспорт.  Недобросовестные многие, что понимают – есть ещё люди не очень грамотные, и с людей можно легко очень, то через митинги, через обман и так далее.

Значит, никаких там практически потерь, те, которые реально могут потерять, не будет. Мы, может, увеличим. Посмотрим в среднем. Мы можем увеличить количество поездок. Вот по стране, по стране. Послушайте! По стране есть которые регионы утвердили двадцать пять, есть которые утвердили тридцать и так далее. (снова крики) Пятьдесят, пятьдесят предел! Но не то, чтоб больше нас никто не утвердил. Не то, чтобы, то есть пятьдесят – это самое. Больше пятидесяти никто не утвердил. Мы можем, можем… (крик из зала: «Заберите всё!»)

Что касается заберите всё, слушайте! Я вам говорю, сколько я приношу ради вас. Ради вас! Вы знаете, раньше молодые семьи, за какую цену квартиры покупали? Знаете? Знаете, из-за этого сколько федеральных денег уходило обратно?! Мы не осваивали их! Почему? Потому что федеральный бюджет даёт деньги на молодую семью, на сироту. Отдавал раньше за тридцать одну тысячу за квадратный метр, сейчас отдаёт по тридцать пять. Ну, семь-восемь лет было тридцать одна тысяча. К нам приходят эти деньги до меня, и эти деньги через полгода обратно  возвращаются, потому что такого жилья по такой цене в Самаре нет. Купить нельзя, добавить по закону нельзя. Сейчас мы строим жильё по тридцать пять тысяч, утверждена которая, и в полном объёме те деньги, которые к нам приходят, не только осваиваем миллиарды денег, а нам дают дополнительно. И по тридцать пять тысяч молодые семьи получают жильё. Раньше это было сорок семь. Сорок семь!..

Вы посмотрите, что касается ЕДВ. Вот одна женщина поднимала вопрос. Мы же так ничего не меняем. То есть людям всё оставляем, добросовестным людям полностью всё сохраняем. Только с условием – ты сначала платишь и получаешь после этого через две недели компенсацию. (крики: «Через два месяца!»)

Что касается через два месяца. Я слышу один и тот же голос. Если можно, встаньте, я на вас посмотрю. Вы послушайте! Я сейчас объясню, почему через два месяца. Вот до сих пор семьдесят управляющих компаний, больше, правда, ТСЖ, ТСЖ не заключили договор с министерством социального развития.

Вы послушайте! Кто вставал, тоже послушайте, почему. Не заключает управляющая компания. Она должна, как только человек заплатил, на второй день передать в минсоц сообщение, что Иванова Вера Иванна заплатила. Мы на второй день в пенсионный фонд, в пенсионном фонде лежат наши деньги, наши. На эти цели. Пенсионный фонд, очередная выдача пенсий, в том числе пенсию несёт и наши деньги несёт. Управляющая компания понимает, теперь у них появляется отчётность, то есть каждого надо фиксировать. Представляете? А он раньше работал, по четыреста миллионов куда-то копил, где-то на каком-то счёте, и пропадал. Теперь так не сделаешь. Не сделаешь! Теперь у него учёт и учёт у нас. И часть компаний, представляете, они пошли сейчас все, подписали, во всех остальных районах все подписали. В Самаре ещё часть компаний не подписали договора. Поэтому тянутся уже два месяца. Два-три месяца. Но платят проценты уже на уровне десяти процентов, десяти процентов.  

Сейчас мне передали список этих управляющих компаний. Мы персонально с каждым будем разбираться. С каждым. Почему они не хотят иметь прозрачную схему? Зачем им нужна мутная вода? Я думаю, тут ответа нет. И вы понимаете, для чего нужна мутная вода. Потому что бывают случаи, особенно люди старшего возраста, в том числе получая государственную поддержку на жилищно-коммунальные услуги, значит, платят, а их показывают иногда имя плательщика. И никто не знает, ни он сам не знает, ни в доме не знают, нигде не знают. И ещё иногда берут и часть сумм, которые прячут, нет бухгалтерии, абсолютно. Ещё на общедомовые вешают. Ещё вешают на общедомовые.

Мы должны здесь через, в том числе эту систему, мы должны здесь окончательно понимать – вот человек заплатил, не только в управляющей компании эти данные, но и у нас в министерстве социальной защиты будут эти данные. Они уже сейчас большинство начали это делать, потому что они понимают, мы не отойдём от этого. И там тоже по нашим туда идёт, послушайте, семь миллиардов рублей. Государственных денег. По разным оценкам, по разным оценкам, примерно пятнадцать-семнадцать процентов уходит в сторону. Посчитайте, какая сумма. Примерно миллиард двести. Миллиард двести уходит на сторону. Вы представляете? Откуда нам брать эти деньги? Миллиард двести в одном месте, шестьсот миллионов в другом месте.

Я уверен, что мы, как минимум, в пять-семь раз эту утечку, ну, сто процентов, может, и не сможем там, абсолютный порядок будет, ну, в пять-семь раз мы точно сократим эти потери, точно. Сократим эти потери, у нас намного будет больше возможностей решать любые другие вопросы, в том числе социальной защиты населения. В том числе дополнительно дать тем, которым сегодня очень плохо. Может, в три раза мы увеличили, многодетным семьям помощь в четыре раза увеличили. И будем дальше этот слой поддерживать, чтобы у нас было потом, кому пенсию зарабатывать. А то может получиться так, что там расти не будет здоровое, нормальное поколение, там среднее поколение выйдет на пенсию, и некому пенсию зарабатывать. Мы должны и это понимать. Поэтому я хотел бы, чтоб вы поняли. Это делается ради того, чтобы в итоге каждый рубль в Самарской области максимально шёл на благо области, на благо людей...

Только не слушайте тех, кто предыдущие двадцать лет довёл город, в том числе до состояния такого, что мы были лидерами там по отрицательным вещам в одном, во втором, в третьем. Эти же люди в основном вот это вот, они создавали эту безлимитку. Я первый раз это, термин этот услышал в Самаре. Что за безлимитка? Ты можешь, что угодно чертить по этому, столько, сколько хочешь...

Я понимаю, что это вопрос болезненный. Люди не с ходу, не сразу, значит, воспринимают. Но имейте в виду… Пройдёт год-полтора-два, вы увидите уже результаты этой работы. Так будет через полгода. Через полгода вы уже увидите результаты этой работы. (крик пожилой женщины: «Какой работы?») Что на транспорте всё будет нормально. Мы хотим купить и вагоны, обновить парк в этом, продолжить строительство метро. Это там вообще огромные деньги будут.

Мы будем продолжать строить мосты. Дороги, которая должна строить Самарки с правой стороны. С правой стороны. Полностью соединить все мосты. От севера до юга. Мы планируем дорогу десятиполосную, восьмиполоску, нет, десятиполоску  по магистрали «Центральной». Цена вопроса восемнадцать миллиардов рублей. Огромная. Но это может Самару сделать совсем другим городом. Дополнительная по Карла Маркса магистраль. Магистраль, где будет и скоростной в центре, и две полосы, и слева, и справа, скажем, для транспорта, который работает на местных жителей, условно, примыкающего к дороге района и так далее, и так далее (в зале раздался женский смех, похоже, нервный).

Этих задач не решить, если мы не покажем эффективность. Поэтому, я вижу, устали ещё больше. (голоса: «Да, да. Да!»).  Спасибо вам! (непродолжительные аплодисменты и вздохи облегчения). Успехов вам вместе вот в этой работе, о чём мы вначале говорили. Это основа основ успеха нашего будущего. Если мы будем вместе, начиная от самой высшей власти до рядового человека.

Подготовил Лев Городецкий

Фото Давида Молодцова