Пару лет назад ко мне пришел один студент с рассказом о том, что его дядя желает установить памятник Ярославу Гашеку на одноименной улице в центре Иркутска. Он, говорит, даже проект накидал. Однако эта идея как-то быстро высохла, хотя в некоторых головах живет до сих пор. 

30 апреля у самого популярного в России чеха был очередной, 132-й, день рождения, и мне захотелось вернуться к наследию этого человека. Наткнулся в интернете, что года три-четыре назад с мемориальной доски на здании бывшей гостиницы «Сан-Ремо» в Самаре (здесь он когда-то жил) оторвали бронзовый барельеф писателя. Спишем это на хулиганство, поскольку такие печальки как «евросанкции» в то время мы еще не знали. Да и весной 2013 года доску восстановили. Полгода спустя - на углу улиц Куйбышева и Некрасовской – появился памятник Гашеку. 

Несмотря на то, что между нашими городами более четырех тысяч километров, чех Гашек нас объединил своей бурной общественной деятельностью. В Самаре (а это был 1918-й) он вел агитационную работу среди австрийских военнопленных, будучи членом компартии и бойцом Красной армии. Вскоре Самару сдали белым, он бежал, но в Омске суд принял решение выдать ордер на арест «организатора чехословацкого красного войска в Самаре, обвиняемого в измене государственным интересам чехословацкой нации». В 1919-м Ярослав Гашек уже в Иркутске. За год тамошней жизни он успел побывать депутатом местного горсовета, редактировал одновременно несколько газет - «Штурм» на немецком, «Рогам» на венгерском и первую в мире газету «Ур» («Рассвет») на бурятском языках. Кроме того, он служил в политотделе знаменитой 5-й Армии (ее именем названа одна из центральных улиц города), где отвечал за работу с иностранцами, особенно с военнопленными, которых в Иркутске тоже было много. 

Однако коммунистический налет с Гашека к 1920 году уже улетучился, и он возвращается домой, в Чехию, где вскоре умирает, не дожив и до сорокалетия. И может быть не вспоминали бы так часто Гашека, если б не его острый язык. Несколькими выражениями можно воспользоваться и сейчас, почти век спустя. 

 «В сумасшедшем доме каждый мог говорить всё, что взбредет ему в голову, словно в парламенте».

Гашек правильно глядел, только парламент и сумасшедший дом необходимо поменять местами. Будет более точно. 

- Про какой парламент», - спросите вы? 

- Про самый большой, - так и хочется ответить вам. – И про многие маленькие, субъектные…Хотя если в большом хоть ерунду говорят (ну там женись, а потом в постель приглашай, или закон там про чеснок пообсуждать, или детей отобрать у приемных родителей, потому что паспортом не вышли), то в маленьких-то давно взято за правило, что это не место для дискуссий. 

 В другой раз внимательнее приглядывайтесь к тому, с кем купаетесь: в воде всякий голый человек похож на депутата, даже если он убийца.

А вы всегда знаете, с кем купаетесь, ой, простите, общаетесь? Политическая жизнь такова, что мы один час идем в колонне под голубыми флагами «Единой России», а в другой, как писал «Засекин»прогоняем топорами и улюлюканиями с площади ЕдомиРа, который изображает институт власти и современный кризис. А после этого забываем свои политические пристрастия и пьем водку. А с понедельника – по новой. Вот Иркутск встречал 5 мая поезд от Жириновского. «Убедительная просьба к нашим жителям - прийти с подготовленными обращениями. Стоянка поезда на станциях ограничена, - пела пресс-служба ЛДПР, обещая, что все письма прочитает лично Владимир Вольфович. А помните «Новое платье для короля» с его вечным «А король-то голый». Так и хочется сказать: ну сколько можно считать своих избирателей голыми идиотами? Может поменяемся ролями, а?

Бросаться направо и налево дерьмом - аргументация более или менее убедительная, но интеллигентный человек даже в состоянии раздражения или в споре не должен прибегать к подобным выражениям.

Вы никогда не замечали, что когда кто-то из ВЕЛИКИХ уходит (уходят) в отставку, в спину ему летят десятки ругательств. Ау, остановитесь. Он (она) же уже ушел (ушла), зачем вы так. Вспоминаю историю в Самаре, когда Дмитрий Азаров, мэр ваш, ушел на повышение в сенаторы. И что мы услышали в ответ: он де представитель каких-то ФПГ, ставленник олигархов и едва ли не бандитов. Даже Николай Иваныч на встречах разных любит утверждать, что город теперь в руках хороших, не то что раньше. Фамилию не называют, но мы-то все с вами знаем, что «конкретно ты имеешь в виду»…

Вот и в Иркутске недавно сама спикер Людмила Михайловна сказала «Честь имею» и… ушла. И неделю некоторые издания только и делали, что пинали, пинали и кололи…И никто не объяснил нам, простым читателям, зачем. 

 Пусть было, как было, - ведь как-нибудь да было! Никогда так не было, чтобы никак не было.

Ну это одно из самых популярных выражений нашего киношно-литературного чешского друга. В Год литературы стоит повнимательней к нему отнестись, а то Год литературы объявили, а денег выделить забыли. Уже отменена мартовская весенняя ярмарка «Книги России». Учебники по истории переписываем за раз-два да еще пытаемся доказать, что Довлатов, Бродский, Буковский и др. уехали на Запад в поисках колбасы, а не свободы.  

 Вообще всё на свете вдруг показалось ему таким гнусным и отвратительным, что он почувствовал потребность напиться и избавиться от мировой скорби.

Уже не все помнят, что чувствовал в момент этого говорения бравый солдат Швейк, но нет никаких сомнений, что сотрудники всяких аппаратов представительных и исполнительных властей разного рода именно с такой мыслью бегут домой с работы. Тут недавно опубликовали замер, что две трети иркутян ходят на работы исключительно из-за зарплаты, а не потому что нравится такая работа. Вот и представьте, с какой мыслью избавляются от «этой мировой скорби», т.е. работы, народ в праздничные дни.

Выпьем и мы. За прошедший Первомай! За Гашека! За его бесценные выражения! И за связь Самары и Иркутска, Иркутска и Самары!

 

Алексей Петров, [Внесен(а/о) в реестр иностранных средств массовой информации, выполняющих функции иностранного агента]блогер, краевед (Иркутск), специально для «Засекина»