Гедонизм

Наничка моды и самарский зут

Историк моды Зоя Кобозева о необходимости вывернуть моду наизнанку

Наничка моды и самарский зут

Ты — вывернутый наизнанку миф. 
Ты — лежбище ума, одетого наничку…

С.В.Петров 

Наничку, или наизнанку – это не только одежда швами наружу. Это душа наружу – всеми швами, подгибами и потайными стежками. Проживая  эпоху тотальной обнажённости в сети, все ужасно запутались, с кем имеют на самом деле дело: с маской или неприглядным чревом, с Коломбиной или ранимой, романтичной девочкой?  Поэтому одежда – единственный шанс на спасение, на сложную игру, на сознательно создаваемый текст, на что-то, что ещё можно почитать, чем развлечься и чем защититься. Мода – это красота, понятная и доступная. Антимода – имеет массу проявлений: китч, эстетика помойки, дерзость ландскнехтов, облачившихся в изодранные наряды знати, шеи-символы хулиганок марвейёз, сумасшедшие трости инкруаяблей, вандики русских курсисток, клетчатые пледы и гарибальдийки нигилистов. Но есть в антимоде и такой хулиганский текст как одежда наизнанку, или наничку. Эту тему дизайнеры уже «спели» не раз. Но она так и не приходит в городское пространство Самары, так как предполагает мыслительный процесс и отказ от гламура.

В 70-е годы японский дизайнер Иссей Мияке впервые открыл миру эстетику, свойственную традиционной японской культуре. Его коллекции были разработаны на основе принципа «A Piece of Cloth» (кусок материи). В искусстве японского дизайна существовало понятие «ма» – пространство  между человеческим телом и тканью. Следуя принципу «ма», нужно брать цельный кусок ткани и декорировать его вокруг неповторимого индивидуального тела. Мияке продолжил продвигать принцип «ма», используя в качестве костюма нечто безразмерное, напоминающее вязаную трубу. Каждый был вправе превратить эту трубу в свою индивидуальную  форму. С 80-х годов это направление получило развитие в работах Рэй Кавакубо и Йоджи Ямамото. Они представили рваные небрежные одежды, бросив вызов канону. В 82-м году Кавакубо и Ямамото создали коллекцию pret-a-porter, имитирующую нищенские лохмотья, с дырами и оборванными краями. После этого в словаре моды появились такие понятия как boro look, beggar look, ragger look, обозначавшие «нищий», «оборванный», «небрежный». Если Запад стремился подчеркнуть женское тело, то Восток хотел его спрятать.

Рей Кавакуба прятала женщину в сложносочинённых кусках ткани, напоминающих японское кимоно. Модели другого японского дизайнера, Такео Кикучи, показанные в коллекции «Дюна» 83-го года, очень актуальны в 2014-м: короткие широкие чёрные брюки с глубокими складками у талии и просторные жакеты с усиленной линией плеча и слишком длинными рукавами, как будто, нося 44 размер, вы купили 50-й и надели его, чтобы никто не заметил располневшей талии. В 96-м году Мияке в сотрудничестве с художником Ясумаса Моримура перенёс эротические полотна Энгра (1856 г.) на плиссированную ткань в стиле поп-арта, и из такой ткани была создана коллекция женских цельнокройных платьев. В этом сезоне Миучча Прада предлагает такой же тренд: овальные платья-комбинации с принтом, изображающим лицо, взятое крупным планом всё в той же стилистике поп-арта. Ей вторит Pinko, создавая юбки, расписанные образами улиц Рио-де-Жанейро. Ещё в 68-м Гарри Гордон создал бумажное «платье-плакат» под лейблом «Poster dress» с огромным нарисованным глазом. И в этом сезоне глаза  смотрят на нас с многочисленных дизайнерских показов, огромные, во всё тело.

Самара – совершенно неприличное царство конформизма и знаков социального престижа. Только вчера один мальчик, подрезав меня на своей дорогой машине, не оборачиваясь, вытянул из окна руку с оттопыренным средним пальцем, что должно было означать: твоё место на помойке жизни! Так обидно, что Европа пережила движение битников в 50-60-х годах, провозгласившее бедность добродетелью, позднее – хиппи, потом антимоду панков, «детей помойки». А у нас на полном серьёзе в начале XXI века сигналетику одежды (всего предметного окружения) уважают как статус, подчёркивающий социальные различия…

Чиновничья бдительная строгость, с другой стороны, заставляет нас вспомнить костюмы зут. Это была одна из первых антимод на Западе, возникшая после Второй мировой войны. Её авторами были негритянские и латиноамериканские подростки, считавшие себя не связанными с войной, которую вела «белая Америка». В то время как патриотически-настроенные американцы экономили ткань, мальчишки в стиле зут надевали широченные штаны со складками у пояса и огромные пиджаки длиной до колен. Костюм зут был подхвачен и облагорожен Френком Синатрой, поскольку стал популярным и в среде итальянских иммигрантов. Во Франции эту моду назвали «зазу», а в Британии – «широкие парни». Но сторонники этой антимоды плохо кончили после завершения войны. Что ж, не копируя их этику, можно позаимствовать хотя бы идею нарушения общепринятого порядка в одежде. 

Вывернуть душу наизнанку в нашем мире страшно. И даже пойти в одежде наничку, пожалуй, нельзя в университет, где ещё местами обитает нравственность сторонников старых советских моральных кантов. Но нельзя принимать правила игры, навязываемые маргинальной респектабельностью нуворишей. Сегодня я подобострастно уступлю дорогу дорогому  автомобилю, а завтра у меня не будет сил на антимоду не только в одежде, но и в душе. Поэтому этим летом предлагаю: штаны зут, платья «ма» и души наизнанку.

Зоя Кобозева

    14 июля 2014, 09:38 2761 0

    Теги: гедонизм, культура, дизайн, мода, Зоя Кобозева, Самара,

    Поделиться:


    Вы можете авторизоваться на сайте через: Yandex, Google, Facebook, Twitter, Вконтакте
    Вы должны быть авторизованы для редактирования своего профиля.

    Комментарии ()

      Назад Дальше

      Анна Якушева

      Присвоение власти

      Юрий Сенокосов

      Послание родителям

      Екатерина Маяковская

      De mortuis aut bene, aut nihil

      Екатерина Маяковская

      Благополучные и недолюбленные

      Ольга Служаева

      Искусство наблюдать

      Всеволод Емелин

      За Собчак