Общество

Андрей Бузин: «У власти нет никаких вариантов, кроме закручивания гаек»

Андрей Бузин: «У власти нет никаких вариантов, кроме закручивания гаек»

Председатель Межрегионального объединения избирателей, руководитель отдела мониторинга выборов ассоциации «Голос» Андрей Бузин рассказал экспертному порталу Засекин.Ру, что тема фальсификаций на выборах с каждым днем становится только актуальнее, а также поведал о возможном сценарии развития отношений между властью и не принимающими итоги выборов гражданами.

- Какие методы фальсификаций применяются на выборах сегодня?

- То, о чём я сейчас буду говорить, я называю прямые фальсификации. Они делятся на стадии. Первая стадия – голосование, которое проходит с восьми утра до восьми вечера, вторая – подсчёт голосов в участковых избирательных комиссиях, третья – подведение итогов в территориальных избирательных комиссиях. Все они имеют определённую специфику.

На этапе голосования в последнее время наиболее распространённой технологией фальсификации является голосование за других людей, несмотря на то, что очень много говорят о вбросах. Существует несколько технологий голосования за других людей.

Первая технология заключается в том, что некая группа людей голосует за тех, кто заведомо не придёт на участки, предъявляя свои паспорта. Такой способ возможен только при предварительном сговоре с членами УИК. Этот метод сейчас часто называют каруселью.

Другой способ фальсификации на этапе голосования - голосование по открепительному удостоверению. Здесь уже голосующие вносятся под своей фамилией. Этот метод подразумевает варианты – либо член УИК не забирает у голосующего открепительное удостоверение, и человек сможет голосовать по одному открепительному на нескольких участках, либо голосующий использует несколько открепительных удостоверений.

Голосование за других лиц – более распространённый способ, чем прямой вброс, который иногда тоже практикуется. Для прямого вброса требуется составить подписи на то же количество бюллетеней, что и избирателей, иначе не сойдётся контрольный протокол. Используются также в некоторых регионах фальсификации, связанные с голосованием вне помещений. Когда нет контроля за голосующими, в избирательные ящики можно напихать любое количество бюллетеней.

На этапе подсчёта голосов практикуются вбросы. Вбросить бюллетени на стол гораздо легче, чем в урны. Бывает, когда бюллетени перекладывают из одной пачки в другую. Бывает неправильная сортировка бюллетеней.

Я думаю, что более распространённым способом является вписывание в протоколы, которые получились при подсчёте, других цифр. Если нет наблюдателей, то никаких препятствий для этого нет.

На третьей стадии выборов распространены фальсификации, связанные с переписыванием протоколов или с изменением протоколов в вышестоящей комиссии. Обычно, это территориальные комиссии, на муниципальных выборах – окружные комиссии. На более высоких уровнях – в областной, городской или центральной избирательной комиссиях фальсификаций уже нет. В них участвуют лишь два уровня комиссий – УИКи и ТИКи. Отмечу, что распространено мнение о том, что данные протоколов меняются в самих территориально-избирательных комиссиях. Дело в том, что у нас все территориальные комиссии находятся под опекой местных администраций. Инициатором переписываний является не территориальная комиссия, а администрация, которая её курирует.

- Как фальсификаторы узнают, за кого можно прийти и проголосовать?

- Тех, кто не придёт, можно легко вычислить. Это могут быть солдаты-срочники, которых не убрали из списка избирателей, люди, которые уехали куда-либо. Кроме того, есть те, кто никогда не ходил на выборы. Бывают случаи, когда в списки внесены лишние люди – умершие или граждане, которые никогда не проживали по указанным в списке УИКа адресам.

- В каких регионах наиболее часто встречается изменение протоколов непосредственно в ТИКах?

- Я могу это оценить только по устным сообщениям, не по статистике. Известно, что этот метод очень распространён в Москве. На выборах депутатов Государственной Думы в 2011 году было зафиксировано два региона, из которых поступали сообщения о тотальной фальсификации - это Республика Коми и Истринский район Московской области. Судя по тем сведениям, которые до меня доходили, можно говорить о подобного рода фальсификациях в Северо-Кавказских республиках. Но оттуда очень мало данных. У меня есть только протокол из Дагестана, который фальсифицирован более чем на тысячу голосов.

В Истринской области и Республике Коми очевидно, что были переписывания протоколов. В Коми вообще очень тяжёлая ситуация в связи с тем, что всё происходило под прикрытием уже депутата Государственной думы – прокурора республики. Там произошло тотальное переписывание. Это подтверждается фотографиями, видео и копиями документов, но люди там просто боятся оспаривать результаты голосования.

- С чем связана градация вбросов по регионам?

- Зависит от административного ресурса. В Москве в течение 90-х годов под руководством Юрия Лужкова была создана жёсткая и хорошо иерархизированная административная вертикаль. То, что произошло в 2000-х годах в России – во многом копирование опыта вертикали Лужкова. Поэтому в Москве над районными администрациями стоят префектуры. Они с 90-х годов полностью управляют избирательными комиссиями, а фактически – выборами.

Вообще же известно, что за два дня до голосования 4 марта этого года было дано указание не применять прямых фальсификаций на выборах.

- Есть ли смысл бороться с административным ресурсом?

- Это гражданская борьба за конституционные права. Считаю, что смысл есть.

- С ним можно бороться?

- Сложилась такая ситуация, когда государство отошло от граждан и создало собственную корпорацию, где есть избирательные комиссии, суды, прокуратура, полиция, Следственный комитет. С другой стороны есть граждане, которые могут бороться с административным ресурсом за свои права. Вопрос, скорее, заключается в другом – есть ли какие-то успехи в этой борьбе. Последние выборы показали, что сознательность граждан возрастает, и они включаются в эту борьбу.

- Каким методом можно бороться с административным ресурсом?

- Есть возможности быть наблюдателем, есть возможности – маленькие, но всё же – входить в избирательные комиссии. Главное, понимать, что ты делаешь. Для этого в ГОЛОСе создали справочник краткосрочного наблюдателя.

- Но это такие незначительные действия. Как же один человек сломает систему?

- Один человек не сломает систему. Речь идёт об объединении большого количества людей, которые могут сопротивляться существующей системе. Если люди объединятся, то у государства будет два пути – либо оно будет сопротивляться им и достигнет критического числа сопротивляющихся, либо оно пойдёт на реформы. И последний вариант – это первый шаг к мирному договору между властью и гражданами.

- Получается, есть два метода борьбы с административным ресурсом - цивилизованный и революция…

- Да. И по какому сценарию пойдёт борьба во многом зависит от поведения государства. Это может кончиться и так, и так.

Россия имеет много примеров неблагополучных решений подобных ситуаций. Вообще любые страны имеют такие примеры, но я говорю про 20-ый век. В 20-м веке реформы в разных странах прошли по-разному. Некоторые доводили до критических ситуаций, как, например, в арабских странах, некоторые – цивилизованно решали проблемы. Я, например, считаю, что в Украине всё прошло более или менее цивилизованно. И в Грузии относительно цивилизованно.

- Как, на Ваш взгляд, будет развиваться ситуация?

- Я не могу точно отвечать на этот вопрос, я не политолог. По моим ощущениям, сейчас некий переломный момент. У меня, честно говоря, ощущение, что власть будет балансировать ровно на той грани, на которой она последние четыре-пять месяцев балансирует. Это неоптимальная политика. Она всё равно приведет к взрыву. Единственный способ избежать взрыва – либерализация. Но дело в том, что либерализация приведёт через достаточно быстрое время к смене власти. Поэтому у власти нет никаких вариантов, кроме закручивания гаек.

- Но Медведев и Путин признали, что были нарушения. Получается, что нарушения и фальсификации – это некие разные понятия?

- Это понятия, которые разделяются, но разделяются умышленно для того, чтобы были определённые правовые последствия. Фальсификация – это то, что попадает под уголовный кодекс, это непосредственное изменение итогов голосования, которое должно привести к отмене результатов выборов или, как минимум, к пересчёту голосов. Например, то, что зафиксировано в Астрахани – это процедурные нарушения.

ЦИК настаивает на том, что процедурные нарушения не обязательно ведут к фальсификации итогов голосования. С моей точи зрения, этот подход обладает серьёзным изъяном, потому что нарушения при подсчёте голосов – были там фальсификации или нет - ставит под сомнение сам результат выборов. Это означает, что выборы не достигают своей конституционной цели и не дают того самого состава избранных, которому доверяют. В западноевропейских странах выборы отменяются из-за процедурных нарушений, а не из-за того, что установлены фальсификации.

Господа Медведев и Путин говорили о том, что идеальных выборов не бывает, были нарушения, но они не были массовыми. А вот Владимир Чуров говорил, что нарушения были массовыми, но они были процедурными. Однако, по логике и Чурова, и Медведева, и Путина, это не отменяет выборов. Я считаю, что такой подход - неправовой. Основанием для отмены итогового голосования являются нарушения, в том числе и при проведении голосования и подсчёте голосов.

- В России были случаи признания фальсификаций?

- У нас признавались фальсификации. Их было очень мало – на всю страну за последних десять лет несколько десятков случаев. Наказания за это были условные, либо нарушители отделывались штрафами.

Наталья Головина

    25 июня 2012, 15:45 3631 0

    Теги:

    Поделиться:


    Вы можете авторизоваться на сайте через: Yandex, Google, Facebook, Twitter, Вконтакте
    Вы должны быть авторизованы для редактирования своего профиля.

    Комментарии ()

      Назад Дальше

      Анна Якушева

      Присвоение власти

      Юрий Сенокосов

      Послание родителям

      Екатерина Маяковская

      De mortuis aut bene, aut nihil

      Екатерина Маяковская

      Благополучные и недолюбленные

      Ольга Служаева

      Искусство наблюдать

      Всеволод Емелин

      За Собчак