Политика

Выборы через Попову

История одной нездоровой… участковой избирательной комиссии

Выборы через Попову

После Единого дня голосования председатель Центризбиркома Элла Памфилова заявила, что нарушений было «меньше, чем когда бы то ни было». При этом, по словам г-жи Памфиловой, наблюдатели якобы проявили «беспрецедентный уровень хамства».

Я, как человек, присутствовавший на одном из участков в день голосования, могу искренне посочувствовать всем тем, кому пришлось испытать на себе это самое хамство. Правда, в нашем случае грубиянами оказались вовсе не наблюдатели, а несколько членов Участковой избирательной комиссии № 3310 Советского района Самары. Но если хамство можно стерпеть, проигнорировать, попытаться принять как должное, то форменное невежество, непонимание и незнание российских законов, по которым проводятся выборы, я, увы, простить не могу.

«Главным героем» моего вчерашнего дня стала председатель УИК №3310 Людмила Попова, предложенная в состав комиссии партией «Единая Россия». Совершая нарушение за нарушением, часть из них она даже не пыталась исправлять. Иные удавалось остановить лишь после конфликтов на повышенных тонах и звонков в вышестоящие комиссии.

Сначала г-жа Попова вместе с ее коллегами, тыкая пальцем в методичку, заявляла, что у нас «слишком много наблюдателей». Мол, вот, вас уже трое, а от одного субъекта может быть только один человек. Мои попытки разъяснить ей, что согласно закону, один наблюдатель направлен партией, другой — кандидатом, а я вообще член вышестоящей комиссии с правом совещательного голоса, ни к чему не приводили. Ситуацию изменил звонок в облизбирком — заместитель Поповой сразу же начал объяснять коллегам, что все нормально, а мне — что не следовало звонить в вышестоящую комиссию, потому что мы могли «сами разобраться».

Уже после открытия участка комиссия наотрез отказывала нашим наблюдателем в размещении на информационном стенде данных об избирателях, проголосовавших досрочно. Снова ссылаясь на свою методичку (в которой, как выяснилось, все-таки написало, что данные должны быть).

Вообще, если вернуться назад, можно вспомнить, что именно в этой комиссии в первый же день наблюдателю заявили, что он «мог подделать свои документы, и вообще слишком молод, чтобы учить взрослых жизни». Практика показывает, что указание на возраст — прерогатива тех, у кого иных аргументов не осталось.

К концу дня, за полчаса до окончания голосования, я вернулась на участок. Г-жа Попова заявила мне, что я «специально пришла поздно». В чем именно выражалась «специальность» моего появления, она не пояснила, но в целом было понятно, что она обвиняет меня в неких провокациях. Меня — человека, который, в отличие от нее, ни разу за этот день не нарушил избирательное законодательство.

Во время подсчета один из членов комиссии предложила одновременно с погашением бюллетеней работать со списками избирателей. Я пояснила, что это будет нарушением закона. Это комиссия стерпела. Но законное требование огласить результаты по каждой книге и по списку в целом, а потом внести данные в соответствующие строки, уже вывели г-жу Попову из себя. Представитель «Единой России» не хотела работать согласно закону. Она хотела работать так, как ей удобно. Не хотела убирать в сейф список избирателей. Дошло до того, что она стала отгонять меня от себя, потому что я якобы «мешала ей своим присутствием».

Мудрено ли, что после нарушений процедуры, воплей, а затем и требования удалить наблюдателя без решения суда (на которые полицейский, к его чести, не отреагировал) у комиссии внезапно не сошлись контрольные соотношения. И пока мы с остальными членами комиссии, обратившись за помощью в облизбирком к Оксане Кругловой, искали, где возникла ошибка, г-жа Попова сидела отдельно и пыталась разобраться в ситуации самостоятельно.

Несоответствие обнаружилось в количестве погашенных бюллетеней. Оксана Круглова меня потом спрашивала: «А тебе сказали спасибо за помощь?». Меня действительно поблагодарила одна член комиссии. С Людмилой Александровной же нас не примирила даже совместная работа. Она продолжала кричать, когда не могла найти реестр копий протокола и когда оказалось, что она совершенно не умеет их заверять. Кричала, кричала, кричала, и во всем винила исключительно меня. Отказываясь понимать, что это она не знает законов и что я не предъявила к ней ни одного неправомерного требования.

После всего этого мне очень хотелось бы спросить г-жу Памфилову: Элла Александровна, о таком хамстве вы говорите? Или, может, вы тоже считаете «хамством» вполне обоснованное и законное требование наблюдателей — чтобы ваши подчиненные работали в соответствии с законом?

Еще хотелось бы понять позицию областной комиссии и её председателя Вадима Михеева. В этом году ИКСО показала себя с позитивной стороны: реагировала на каждую жалобу, каждое обращение на Карте нарушений «Голоса». Но такие члены УИК как г-жа Попова не способны обеспечивать священное право гражданина — избирать и быть избранными. Как налогоплательщику, мне не хотелось бы, чтобы профнепригодные кадры, не знающие законов, не способные даже по методичке оформить копию протокола в соответствии с законом, организовывали выборы и при этом получали за это средства из бюджета. А вы как считаете, Вадим Николаевич?

Убеждена, такие люди, как Людмила Александровна Попова из участковой комиссии №3310 Советского района Самары, дискредитируют и избирательную систему, и партию, которую они представляют, и сводят на нет все усилия по возвращению доверия к выборам.

Екатерина Маяковская,

выпускающий редактор ИА «Засекин»,

Член ОИК Советского района Самары с правом совещательного голоса

    14 сентября 2020, 18:01 1638 0

    Теги: Самара, выборы, Людмила Попова, Элла Памфилова, Вадим Михеев, избирательные комиссии, нарушения,

    Поделиться:


    Вы можете авторизоваться на сайте через: Yandex, Google, Facebook, Twitter, Вконтакте
    Вы должны быть авторизованы для редактирования своего профиля.

    Комментарии ()

      Назад Дальше